Неточные совпадения
Она грустно стояла пред
окном и пристально смотрела в него, — но в
окно это была видна только одна капитальная небеленая стена
соседнего дома.
Он очень долго рассказывал о командире, о его жене, полковом адъютанте; приближался вечер, в открытое
окно влетали, вместе с мухами, какие-то неопределенные звуки, где-то далеко оркестр играл «Кармен», а за грудой бочек на
соседнем дворе сердитый человек учил солдат петь и яростно кричал...
Самгин, протирая очки, осматривался: маленькая, без
окон, комната, похожая на приемную дантиста, обставленная мягкой мебелью в чехлах серой парусины, посредине — круглый стол, на столе — альбомы, на стенах — серые квадраты гравюр. Сквозь драпри цвета бордо на дверях в
соседнее помещение в комнату втекает красноватый сумрак и запах духов, и где-то далеко, в тишине звучит приглушенный голос Бердникова...
Он ощущал позыв к женщине все более определенно, и это вовлекло его в приключение, которое он назвал смешным. Поздно вечером он забрел в какие-то узкие, кривые улицы, тесно застроенные высокими домами. Линия
окон была взломана, казалось, что этот дом уходит в землю от тесноты, а
соседний выжимается вверх. В сумраке, наполненном тяжелыми запахами, на панелях, у дверей сидели и стояли очень демократические люди, гудел негромкий говорок, сдержанный смех, воющее позевывание. Чувствовалось настроение усталости.
Потом, закуривая, вышел в
соседнюю, неосвещенную комнату и, расхаживая в сумраке мимо двух мутно-серых
окон, стал обдумывать. Несомненно, что в речах Безбедова есть нечто от Марины. Она — тоже вне «суматохи» даже и тогда, когда физически находится среди людей, охваченных вихрем этой «суматохи». Самгин воспроизвел в памяти картину собрания кружка людей, «взыскующих града», — его пригласила на собрание этого кружка Лидия Варавка.
Сквозь занавесь
окна светило солнце, в комнате свежо, за
окном, должно быть, сверкает первый зимний день, ночью, должно быть, выпал снег. Вставать не хотелось. В
соседней комнате мягко топала Агафья. Клим Иванович Самгин крикнул...
Здесь все мешает ему. Вон издали доносится до него песенка Марфеньки: «Ненаглядный ты мой, как люблю я тебя!» — поет она звонко, чисто, и никакого звука любви не слышно в этом голосе, который вольно раздается среди тишины в огороде и саду; потом слышно, как она беспечно прервала пение и тем же тоном, каким пела, приказывает из
окна Матрене собрать с гряд салату, потом через минуту уж звонко смеется в толпе
соседних детей.
И вдруг — сначала в одном дворе, а потом и в
соседних ему ответили проснувшиеся петухи. Удивленные несвоевременным пением петухов, сначала испуганно, а потом зло залились собаки. Ольховцы ожили. Кое-где засветились
окна, кое-где во дворах застучали засовы, захлопали двери, послышались удивленные голоса: «Что за диво! В два часа ночи поют петухи!»
Явилась полиция, прискакал из
соседних казарм жандармский дивизион, и начался разгон демонстрантов. Тут уже в
окна газеты полетели и камни, зазвенели стекла…
Китайцы в рыбной фанзе сказали правду. Только к вечеру мы дошли до реки Санхобе. Тропа привела нас прямо к небольшому поселку. В одной фанзе горел огонь. Сквозь тонкую бумагу в
окне я услышал голос Н.А. Пальчевского и увидел его профиль. В такой поздний час он меня не ожидал. Г.И. Гранатман и А.И. Мерзляков находились в
соседней фанзе. Узнав о нашем приходе, они тотчас прибежали. Начались обоюдные расспросы. Я рассказывал им, что случилось с нами в дороге, а они мне говорили о том, как работали на Санхобе.
Действительно, с тех пор как умерла моя мать, а суровое лицо отца стало еще угрюмее, меня очень редко видели дома. В поздние летние вечера я прокрадывался по саду, как молодой волчонок, избегая встречи с отцом, отворял посредством особых приспособлений свое
окно, полузакрытое густою зеленью сирени, и тихо ложился в постель. Если маленькая сестренка еще не спала в своей качалке в
соседней комнате, я подходил к ней, и мы тихо ласкали друг друга и играли, стараясь не разбудить ворчливую старую няньку.
Однажды в сумерки, когда Аксинья Захаровна, набродившись досыта, приустала и легла в боковуше посумерничать, Настя вышла из душной, прокуренной ладаном моленной в большую горницу и там, стóя у
окна, глядела на догоравшую в небе зарю. Было тихо, как в могиле, только из
соседней комнаты раздавались мерные удары маятника.
Несколько человек, особенно предприимчивых, пробрались к
окну каталажки через забор
соседнего двора и видели, что Савицкий лежит на лавке.
Агата ничего не ответила ей на это замечание и, оставив самовар, приняла свое прежнее положение у открытого
окна, из которого через крышу низенького
соседнего флигеля видны были бледные образы, бегающие по не успокоившейся еще бледной улице.
— Пошлите сюда Бахареву, — крикнула в
соседнюю дверь одна из сидящих на
окне дам и, стряхнув мизинцем пепел своей папироски, опять замолчала.
Он злобно засмеялся. Она глядела на него полным необычайной тревоги взглядом. Он медленно встал, подошел к двери кабинета, отворил ее, внимательно осмотрел
соседнюю комнату и запер дверь на ключ, потом подошел к одному из двух
окон, бывшему открытым, и затворил его.
На рыданье матери вбежали обе княжны, сидевшие в
соседней гостиной. Александрита машинально побежала в будуар княгини и принесла одеколон и соли. Общими усилиями три девушки стали приводить в чувство Зою Александровну. Князь Виктор стоял поодаль у
окна, и кусая губы, сдерживал невольно набегавшие на глаза слезы пережитого волнения. Княгиня очнулась и увидев наклонившуюся над ней Александру, продолжавшую примачивать ей виски одеколоном, вдруг выпрямилась.
Вон мелькнули в
окнах четыре фигуры за четвероугольным столом, предающиеся деловому отдохновению за карточным столом; вот из другого
окна столбом валит дым, обличающий собравшуюся в доме веселую компанию приказных, а быть может, и сановников; вот послышался вам из
соседнего дома смех, звонкий смех, от которого вдруг упало в груди ваше юное сердце, и тут же, с ним рядом, произносится острота, очень хорошая острота, которую вы уж много раз слышали, но которая, в этот вечер, кажется вам особенно привлекательною, и вы не сердитесь, а как-то добродушно и ласково улыбаетесь ей.
Я отпустил ее и между тем поспешно отворил дверь в
соседнюю комнату, из которой вышла другая женщина, высокая, бледная, но очень еще красивая. Я поставил ее в угол комнаты, так чтобы Кузьмовна не могла ее с первого раза заметить. В то же самое время я перенес с
окна чернильницу и все нужные по делу бумаги.
— Знаете что, — сказала I, — выйдите на минуту в
соседнюю комнату. — Голос ее был слышен оттуда, изнутри, из-за темных окон-глаз, где пылал камин.
Горничная вышла, осторожно затворив за собой дверь. В большие
окна врывались пыльными полосами лучи горячего майского солнца; под письменным столом мирно похрапывала бурая легавая собака. В
соседней комнате пробило девять часов. Нет, это было невыносимо!.. Раиса Павловна дернула за сонетку.
Долго искали, куда спрятаться, везде было неудобно. Наконец решили, что лучше всего забраться в предбанник: там — темно, но можно сесть у
окна — оно выходит в грязный угол между сараем и
соседней бойней, люди редко заглядывают туда.
Саша прошел за угол, к забору, с улицы, остановился под липой и, выкатив глаза, поглядел в мутные
окна соседнего дома. Присел на корточки, разгреб руками кучу листьев, — обнаружился толстый корень и около него два кирпича, глубоко вдавленные в землю. Он приподнял их — под ними оказался кусок кровельного железа, под железом — квадратная дощечка, наконец предо мною открылась большая дыра, уходя под корень.
Глафира его удерживала, но он ее не послушал, и чрез минуту все мужчины, за исключением Горданова, бросились вниз, а Синтянина пошла в комнату,
соседнюю с той, где лежала Лариса, и, став у
окна за занавесу, начала наблюдать разгоравшийся пожар.
Матвей ждал Дыму, но Дыма с ирландцем долго не шел. Матвей сел у
окна, глядя, как по улице снует народ, ползут огромные, как дома, фургоны, летят поезда. На небе, поднявшись над крышами, показалась звезда. Роза, девушка, дочь Борка, покрыла стол в
соседней комнате белою скатертью и поставила на нем свечи в чистых подсвечниках и два хлеба прикрыла белыми полотенцами.
Среди этого чтения кто-то подъехал к крыльцу. Пушкин взглянул в
окно, как будто смутился и торопливо раскрыл лежавшую на столе Четью-Минею. Заметив его смущение и не подозревая причины, я спросил его: что это значит? Не успел он ответить, как вошел в комнату низенький, рыжеватый монах и рекомендовался мне настоятелем
соседнего монастыря.
Княжна Людмила спаслась каким-то чудом. По всей вероятности, она услыхала шум в
соседней комнате, встала с постели, приотворив дверь и увидав отвратительную и ужасную картину, выскочила в открытое
окно в сад, бросилась бежать куда глаза глядят и упала в изнеможении в кустах и лишилась чувств.
Соседние дома были пустынны — обыватели или вымерли, или бежали. В доме, стоявшем совершенно рядом с домом Глобусова, умирала последняя его обитательница — старуха. Она лежала, зачумленная, под
окном, которое выходило на двор дома священника, и стонала.
Благодаря этой мере «они» свиделись. Озираясь и крадучись, пробрался он на заре в Разъезжую слободку, где стоял ее домик. Квартальные притворились спящими. Будочники, завидев его приближение, исчезали в подворотни
соседних домов. Она стояла у открытого
окна… она! Широкая, дородная, белая, вся сахарная! Она ждала.
В
соседнем покое к ним присоединилось пятеро других казаков; двое по рукам и ногам связанных слуг лежали на полу. Сойдя с лестницы, они пошли вслед за Шалонским к развалинам церкви. Когда они проходили мимо служб, то, несмотря на глубокую тишину, ими наблюдаемую, шум от их шагов пробудил нескольких слуг; в двух или трех местах народ зашевелился и растворились
окна.
Когда Фома, отворив дверь, почтительно остановился на пороге маленького номера с одним
окном, из которого видна была только ржавая крыша
соседнего дома, — он увидел, что старый Щуров только что проснулся, сидит на кровати, упершись в нее руками, и смотрит в пол, согнувшись так, что длинная белая борода лежит на коленях, Но, и согнувшись, он был велик…
Наверху ухал и гудел орган. Около
окна сидел стройный студент-медик и читал «Стрекозу». Полная, высокая девушка в пышной шляпе пила за
соседним столом пиво и громко переговаривалась через комнату с другою девушкою, сидевшею у печки.
Синьора Луиза стояла у
окна и смотрела на стену
соседнего дома.
В
соседней деревушке, в убогой глиняной лачуге, лежала больная старуха-китаянка; при ней остался ее сын. Увезти ее он не мог: казаки угнали мулов.
Окна были выломаны на костры, двери сняты, мебель пожжена, все запасы отобраны. Голодные, они мерзли в разрушенной фанзе. И вдруг до нас дошла страшная весть: сын своими руками зарезал больную мать и ушел из деревни.
Мимо
окон суетливо промелькнуло генеральское пальто с красными отворотами. Я высунулся из
окна: к
соседнему бараку взволнованно шел медицинский инспектор Горбацевич. Селюков стоял у крыльца и растерянно оглядывался.
Лаевский поднялся лениво, с головокружением, и, зевая, шлепая туфлями, пошел в
соседнюю комнату. Там у открытого
окна на улице стоял один из его молодых сослуживцев и раскладывал на подоконнике казенные бумаги.
Он был лукав, как кошка, и чтоб не показать вида, что заметил оплошность отворявшего дверь, подошел к
окну, положил на подоконник свои могучие лапы и начал рассматривать противоположное здание, — словом, вел себя как совершенно посторонний человек, который шел прогуливаться и остановился на минуту полюбоваться прекрасной архитектурой
соседнего здания.
В комнате было ярко-светло от последних, косых лучей заходящего солнца, которые густо лились в высокие
окна на сверкающий паркет пола; было тихо; кругом, в
соседних комнатах, тоже не было ни души.
В
соседней с рукодельной горнице тоже было тихо. Стоявшие у
окна Ксения Яковлевна и Домаша говорили пониженным шепотом.
Ермак повел его в поселок. Миновав свою избу, он постучал в
окно соседней и приказал выскочившему казаку собрать людей…
И я проснулась вместе с Гори и солнцем, разбуженная щебетом какой-то пичужки, приютившейся на
соседнем с моим
окном азалиевом кусте…
Суд был в четверг. Но прошло уже воскресенье, а старик всё не возвращался, и не было никаких известий. Во вторник перед вечером Варвара сидела у открытого
окна и прислушивалась: не приедет ли старик. В
соседней комнате Липа играла со своим ребенком. Она подбрасывала его на руках и говорила в восхищении...
Еще несколько мгновений, и в комнатке сквозь
окно я увидел оживленное движение встречи. Соколов, сутулый, широкоплечий брюнет, размашисто поднялся со стула и обнял вошедшую. Из
соседней комнаты выбежала его жена и, отряхивая назад свои жидкие волосы, повисла у нее на шее. Серяков, молодой студент из кружка, к которому прежде принадлежал и я, сначала немного нерешительно подал руку, но потом лицо его расцвело улыбкой, и он тоже поцеловался с девушкой.
Евсей немедленно сделал это.
Окно выходило на крышу
соседнего дома. На ней — трубы, четыре, все одинаковые. Посмотрел на звёзды тоскливыми глазами робкого зверька, посаженного в клетку, но звёзды ничего не говорили его сердцу. Свалился на сундук, закутался с головой одеялом и крепко закрыл глаза. Стало душно, он высунул голову и, не открывая глаз, прислушался — в комнате хозяина раздался сухой, внятный голос...
В дымной, грязной комнате, с
окнами в каменную стену
соседнего дома, тесно и душно, шумно и кошмарно. Конь орет всех громче. Я спрашиваю его...
— Иоле, милый Иоле. Это ты? — сквозь сон спрашивает девушка, позабыв о времени и месте, спросонья. И внезапно открывает глаза. Перед ней незнакомая крошечная комнатка. Масса солнца и света. В
окно смотрит с крыши труба
соседнего дома и кусок голубого неба над ней. A в дверь все стучат и стучат упорно…
Я не люблю, когда интеллигентный ссыльный стоят у
окна и молча глядит на крышу
соседнего дома. О чем он думает в это время? Не люблю, когда он разговаривает со мною о пустяках и при этом смотрит мне в лицо с таким выражением, как будто хочет сказать: «Ты вернешься домой, а я нет». Не люблю потому, что в это время мне бесконечно жаль его.
Юшка действительно, как я узнал впоследствии, в простоте сердца снес мои часы к
соседнему часовщику. Часовщик вывесил их перед
окном; Настасей Настасеич, проходя мимо, увидал их, выкупил и принес к нам в дом.
Мы облепили
окна швейцарской и
соседней с нею институтской канцелярии, любуясь дорогими чертами возлюбленных Государя и Государыни.
Стало безмерно страшно. Захотелось убежать, спрятаться куда-нибудь. Он сел к столу и не спускал глаз с черного четырехугольника двери. В
соседней комнате было тихо. За
окном гудел сад, рамы стучали от ветра… Сергей, может быть, взял здесь нож. Все это бог весть чем может кончиться! Хорошо еще, что бром он принял: бром — сильное успокаивающее, через полчаса уж не будет никакой опасности.